opmyukka, one pleasant moment

Исключение бытовых споров.

Мужские правила.

1. Слезы – это шантаж.

2. Если ты чего-то хочешь - говори прямо. Расставим точки над i: Полупрозрачные намеки не
работают! Прозрачные намеки не работают! Даже суперпрозрачные намеки не работают! Просто скажи прямо!

3. Научись взаимодействовать с туалетной седушкой. Ты же не маленькая! Если она поднята, опусти. Нам нужно, чтобы она была поднята, тебе – чтобы была опущена. Мы же не жалуемся на то, что вы ее не поднимаете.

4. Да и Нет отлично подходят в качестве ответа почти на любой вопрос.

5. Делитесь с нами только теми проблемами, которые надо решить. Для того мы и нужны. За сочувствием – к подружкам.

6. Если головная боль не проходит 17 месяцев, с тобой явно что-то не так.
К доктору.

7. Все сказанное нами 6 месяцев назад не может быть использовано в качестве аргумента в споре. Более того, срок годности любой реплики или комментария автоматически истекает не позже чем через 7 дней.

8. Если ты считаешь себя толстой, скорее всего, так оно и есть.
У нас спрашивать не надо.

9. Если сказанное нами можно трактовать двояко, и одна из трактовок действует на тебя как красная тряпка на быка, мы имели в виду второе.

10. Можно попросить нас сделать что-то или сказать, как мы должны это сделать. Но не оба варианта вместе. Если знаешь, как сделать то, что тебе надо в лучшем виде, - пойди и сделай сама.

11. Если возможно, прибереги всё, что хотела сказать до рекламы.

12. Христофору Колумбу никто не говорил куда плыть. И нам не надо!

13. Все мужчины видят только 16 цветов, как в стандартной цветовой схеме Windows. Персиковый – это сок, а не цвет. Тыквенный – это пирог, тоже не цвет. Что такое коралловый или розовато-лиловый мы понятия не имеем.

14. Если что-то чешется, надо почесать.
Точка.

15. Если мы спрашиваем что случилось, а вы отвечаете «ничего», то мы и будем вести себя так, как будто ничего не случилось. Понятно, что вы врете, но смысл спорить?!

16. Если вы задаете вопрос, на который не хотите слышать ответ, ожидайте ответ, который вы не хотите слышать.

17. Если нам нужно куда-то сходить вместе, абсолютно любая одежда подойдет… Правда.

18. Не надо спрашивать о чем мы думаем, если не готовы обсуждать такие темы, как трансфер Аршавина, устройство материнских плат или результаты вчерашнего ралли.

19. Тебе ЕСТЬ что надеть.

20. Туфель БЫВАЕТ много.

21. Я в форме. Круглый – это тоже форма.



http://vk.com/note2526493_11011229
opmyukka, one pleasant moment

Так происходит постановка задач в большинстве компаний. Диалоги

Петров пришел во вторник на совещание. Ему там вынули мозг, разложили по блюдечкам и стали есть, причмокивая и вообще выражая всяческое одобрение. Начальник Петрова, Недозайцев, предусмотрительно раздал присутствующим десертные ложечки. И началось....Collapse )
— Коллеги, — говорит Морковьева, — перед нашей организацией встала масштабная задача. Нам поступил на реализацию проект, в рамках которого нам требуется изобразить несколько красных линий. Вы готовы взвалить на себя эту задачу?
— Конечно, — говорит Недозайцев. Он директор, и всегда готов взвалить на себя проблему, которую придется нести кому-то из коллектива. Впрочем, он тут же уточняет: — Мы же это можем?
Начальник отдела рисования Сидоряхин торопливо кивает:
— Да, разумеется. Вот у нас как раз сидит Петров, он наш лучший специалист в области рисования красных линий. Мы его специально пригласили на совещание, чтобы он высказал свое компетентное мнение.
— Очень приятно, — говорит Морковьева. — Ну, меня вы все знаете. А это — Леночка, она специалист по дизайну в нашей организации.
Леночка покрывается краской и смущенно улыбается. Она недавно закончила экономический, и к дизайну имеет такое же отношение, как утконос к проектированию дирижаблей.
— Так вот, — говорит Морковьева. — Нам нужно нарисовать семь красных линий. Все они должны быть строго перпендикулярны, и кроме того, некоторые нужно нарисовать зеленым цветом, а еще некоторые — прозрачным. Как вы считаете, это реально?
— Нет, — говорит Петров.
— Давайте не будем торопиться с ответом, Петров, — говорит Сидоряхин. — Задача поставлена, и ее нужно решить. Вы же профессионал, Петров. Не давайте нам повода считать, что вы не профессионал.
— Видите ли, — объясняет Петров, — термин «красная линия» подразумевает, что цвет линии — красный. Нарисовать красную линию зеленым цветом не то, чтобы невозможно, но очень близко к невозможному…
— Петров, ну что значит «невозможно»? — спрашивает Сидоряхин.
— Я просто обрисовываю ситуацию. Возможно, есть люди, страдающие дальтонизмом, для которых действительно не будет иметь значения цвет линии, но я не уверен, что целевая аудитория вашего проекта состоит исключительно из таких людей.
— То есть, в принципе, это возможно, мы правильно вас понимаем, Петров? — спрашивает Морковьева.
Петров осознает, что переборщил с образностью.
— Скажем проще, — говорит он. — Линию, как таковую, можно нарисовать совершенно любым цветом. Но чтобы получилась красная линия, следует использовать только красный цвет.
— Петров, вы нас не путайте, пожалуйста. Только что вы говорили, что это возможно.
Петров молча проклинает свою болтливость.
— Нет, вы неправильно меня поняли. Я хотел лишь сказать, что в некоторых, крайне редких ситуациях, цвет линии не будет иметь значения, но даже и тогда — линия все равно не будет красной. Понимаете, она красной не будет! Она будет зеленой. А вам нужна красная.
Наступает непродолжительное молчание, в котором отчетливо слышится тихое напряженное гудение синапсов.
— А что если, — осененный идеей, произносит Недозайцев, — нарисовать их синим цветом?
— Все равно не получится, — качает головой Петров. — Если нарисовать синим — получатся синие линии.
Опять молчание. На этот раз его прерывает сам Петров.
— И я еще не понял… Что вы имели в виду, когда говорили о линиях прозрачного цвета?
Морковьева смотрит на него снисходительно, как добрая учительница на отстающего ученика.
— Ну, как вам объяснить?.. Петров, вы разве не знаете, что такое «прозрачный»?
— Знаю.
— И что такое «красная линия», надеюсь, вам тоже не надо объяснять?
— Нет, не надо.
— Ну вот. Вы нарисуйте нам красные линии прозрачным цветом.
Петров на секунду замирает, обдумывая ситуацию.
— И как должен выглядеть результат, будьте добры, опишите пожалуйста? Как вы себе это представляете?
— Ну-у-у, Петро-о-ов! — говорит Сидоряхин. — Ну давайте не будем… У нас что, детский сад? Кто здесь специалист по красным линиям, Морковьева или вы?
— Я просто пытаюсь прояснить для себя детали задания…
— Ну, а что тут непонятного-то?.. — встревает в разговор Недозайцев. — Вы же знаете, что такое красная линия?
— Да, но…
— И что такое «прозрачный», вам тоже ясно?
— Разумеется, но…
— Так что вам объяснять-то? Петров, ну давайте не будем опускаться до непродуктивных споров. Задача поставлена, задача ясная и четкая. Если у вас есть конкретные вопросы, так задавайте.
— Вы же профессионал, — добавляет Сидоряхин.
— Ладно, — сдается Петров. — Бог с ним, с цветом. Но у вас там еще что-то с перпендикулярностью?..
— Да, — с готовностью подтверждает Морковьева. — Семь линий, все строго перпендикулярны.
— Перпендикулярны чему? — уточняет Петров.
Морковьева начинает просматривать свои бумаги.
— Э-э-э, — говорит она наконец. — Ну, как бы… Всему. Между собой. Ну, или как там… Я не знаю. Я думала, это вы знаете, какие бывают перпендикулярные линии, — наконец находится она.
— Да конечно знает, — взмахивает руками Сидоряхин. — Профессионалы мы тут, или не профессионалы?..
— Перпендикулярны могут быть две линии, — терпеливо объясняет Петров. — Все семь одновременно не могут быть перпендикулярными по отношению друг к другу. Это геометрия, 6 класс.
Морковьева встряхивает головой, отгоняя замаячивший призрак давно забытого школьного образования. Недозайцев хлопает ладонью по столу:
— Петров, давайте без вот этого: «6 класс, 6 класс». Давайте будем взаимно вежливы. Не будем делать намеков и скатываться до оскорблений. Давайте поддерживать конструктивный диалог. Здесь же не идиоты собрались.
— Я тоже так считаю, — говорит Сидоряхин.
Петров придвигает к себе листок бумаги.
— Хорошо, — говорит он. — Давайте, я вам нарисую. Вот линия. Так?
Морковьева утвердительно кивает головой.
— Рисуем другую… — говорит Петров. — Она перпендикулярна первой?
— Ну-у…
— Да, она перпендикулярна.
— Ну вот видите! — радостно восклицает Морковьева.
— Подождите, это еще не все. Теперь рисуем третью… Она перпендикулярна первой линии?..
Вдумчивое молчание. Не дождавшись ответа, Петров отвечает сам:
— Да, первой линии она перпендикулярна. Но со второй линией она не пересекается. Со второй линией они параллельны.
Наступает тишина. Потом Морковьева встает со своего места и, обогнув стол, заходит Петрову с тыла, заглядывая ему через плечо.
— Ну… — неуверенно произносит она. — Наверное, да.
— Вот в этом и дело, — говорит Петров, стремясь закрепить достигнутый успех. — Пока линий две, они могут быть перпендикулярны. Как только их становится больше…
— А можно мне ручку? — просит Морковьева.
Петров отдает ручку. Морковьева осторожно проводит несколько неуверенных линий.
— А если так?..
Петров вздыхает.
— Это называется треугольник. Нет, это не перпендикулярные линии. К тому же их три, а не семь.
Морковьева поджимает губы.
— А почему они синие? — вдруг спрашивает Недозайцев.
— Да, кстати, — поддерживает Сидоряхин. — Сам хотел спросить.
Петров несколько раз моргает, разглядывая рисунок.
— У меня ручка синяя, — наконец говорит он. — Я же просто чтобы продемонстрировать…
— Ну, так может, в этом и дело? — нетерпеливо перебивает его Недозайцев тоном человека, который только что разобрался в сложной концепции и спешит поделиться ею с окружающими, пока мысль не потеряна. — У вас линии синие. Вы нарисуйте красные, и давайте посмотрим, что получится.
— Получится то же самое, — уверенно говорит Петров.
— Ну, как то же самое? — говорит Недозайцев. — Как вы можете быть уверены, если вы даже не попробовали? Вы нарисуйте красные, и посмотрим.
— У меня нет красной ручки с собой, — признается Петров. — Но я могу совершенно…
— А что же вы не подготовились, — укоризненно говорит Сидоряхин. — Знали же, что будет собрание…
— Я абсолютно точно могу вам сказать, — в отчаянии говорит Петров, — что красным цветом получится точно то же самое.
— Вы же сами нам в прошлый раз говорили, — парирует Сидоряхин, — что рисовать красные линии нужно красным цветом. Вот, я записал себе даже. А сами рисуете их синей ручкой. Это что, красные линии по-вашему?
— Кстати, да, — замечает Недозайцев. — Я же еще спрашивал вас про синий цвет. Что вы мне ответили?
Петрова внезапно спасает Леночка, с интересом изучающая его рисунок со своего места.
— Мне кажется, я понимаю, — говорит она. — Вы же сейчас не о цвете говорите, да? Это у вас про вот эту, как вы ее называете? Перпер-чего-то-там?
— Перпендикулярность линий, да, — благодарно отзывается Петров. — Она с цветом линий никак не связана.
— Все, вы меня запутали окончательно, — говорит Недозайцев, переводя взгляд с одного участника собрания на другого. — Так у нас с чем проблемы? С цветом или с перпендикулярностью?
Морковьева издает растерянные звуки и качает головой. Она тоже запуталась.
— И с тем, и с другим, — тихо говорит Петров.
— Я ничего не могу понять, — говорит Недозайцев, разглядывая свои сцепленные в замок пальцы. — Вот есть задача. Нужно всего-то семь красных линий. Я понимаю, их было бы двадцать!.. Но тут-то всего семь. Задача простая. Наши заказчики хотят семь перпендикулярных линий. Верно?
Морковьева кивает.
— И Сидоряхин вот тоже не видит проблемы, — говорит Недозайцев. — Я прав, Сидоряхин?.. Ну вот. Так что нам мешает выполнить задачу?
— Геометрия, — со вздохом говорит Петров.
— Ну, вы просто не обращайте на нее внимания, вот и все! — произносит Морковьева.
Петров молчит, собираясь с мыслями. В его мозгу рождаются одна за другой красочные метафоры, которые позволили бы донести до окружающих сюрреализм происходящего, но как назло, все они, облекаясь в слова, начинаются неизменно словом «Блять!», совершенно неуместным в рамках деловой беседы.
Устав ждать ответа, Недозайцев произносит:
— Петров, вы ответьте просто — вы можете сделать или вы не можете? Я понимаю, что вы узкий специалист и не видите общей картины. Но это же несложно — нарисовать какие-то семь линий? Обсуждаем уже два часа какую-то ерунду, никак не можем прийти к решению.
— Да, — говорит Сидоряхин. — Вы вот только критикуете и говорите: «Невозможно! Невозможно!» Вы предложите нам свое решение проблемы! А то критиковать и дурак может, простите за выражение. Вы же профессионал!
Петров устало изрекает:
— Хорошо. Давайте я нарисую вам две гарантированно перпендикулярные красные линии, а остальные — прозрачным цветом. Они будут прозрачны, и их не будет видно, но я их нарисую. Вас это устроит?
— Нас это устроит? — оборачивается Морковьева к Леночке. — Да, нас устроит.
— Только еще хотя бы пару — зеленым цветом, — добавляет Леночка. — И еще у меня такой вопрос, можно?
— Да, — мертвым голосом разрешает Петров.
— Можно одну линию изобразить в виде котенка?
Петров молчит несколько секунд, а потом переспрашивает:
— Что?
— Ну, в виде котенка. Котеночка. Нашим пользователям нравятся зверюшки. Было бы очень здорово…
— Нет, — говорит Петров.
— А почему?
— Нет, я конечно могу нарисовать вам кота. Я не художник, но могу попытаться. Только это будет уже не линия. Это будет кот. Линия и кот — разные вещи.
— Котенок, — уточняет Морковьева. — Не кот, а котенок, такой маленький, симпатичный. Коты, они…
— Да все равно, — качает головой Петров.
— Совсем никак, да?.. — разочарованно спрашивает Леночка.
— Петров, вы хоть дослушали бы до конца, — раздраженно говорит Недозайцев. — Не дослушали, а уже говорите «Нет».
— Я понял мысль, — не поднимая взгляда от стола, говорит Петров. — Нарисовать линию в виде котенка невозможно.
— Ну и не надо тогда, — разрешает Леночка. — А птичку тоже не получится?
Петров молча поднимает на нее взгляд и Леночка все понимает.
— Ну и не надо тогда, — снова повторяет она.
Недозайцев хлопает ладонью по столу.
— Так на чем мы остановились? Что мы делаем?
— Семь красных линий, — говорит Морковьева. — Две красным цветом, и две зеленым, и остальные прозрачным. Да? Я же правильно поняла?
— Да, — подтверждает Сидоряхин прежде, чем Петров успевает открыть рот.
Недозайцев удовлетворенно кивает.
— Вот и отлично… Ну, тогда все, коллеги?.. Расходимся?.. Еще вопросы есть?..
— Ой, — вспоминает Леночка. — У нас еще есть красный воздушный шарик! Скажите, вы можете его надуть?
— Да, кстати, — говорит Морковьева. — Давайте это тоже сразу обсудим, чтобы два раза не собираться.
— Петров, — поворачивается Недозайцев к Петрову. — Мы это можем?
— А какое отношение ко мне имеет шарик? — удивленно спрашивает Петров.
— Он красный, — поясняет Леночка.
Петров тупо молчит, подрагивая кончиками пальцев.
— Петров, — нервно переспрашивает Недозайцев. — Так вы это можете или не можете? Простой же вопрос.
— Ну, — осторожно говорит Петров, — в принципе, я конечно могу, но…
— Хорошо, — кивает Недозайцев. — Съездите к ним, надуйте. Командировочные, если потребуется, выпишем.
— Завтра можно? — спрашивает Морковьева.
— Конечно, — отвечает Недозайцев. — Я думаю, проблем не будет… Ну, теперь у нас все?.. Отлично. Продуктивно поработали… Всем спасибо и до свидания!
Петров несколько раз моргает, чтобы вернуться в объективную реальность, потом встает и медленно бредет к выходу. У самого выхода Леночка догоняет его.
— А можно еще вас попросить? — краснея, говорит Леночка. — Вы когда шарик будете надувать… Вы можете надуть его в форме котенка?..
Петров вздыхает.
— Я все могу, — говорит он. — Я могу абсолютно все. Я профессионал.
opmyukka, one pleasant moment

Как делаются сайты

Расскажу, как это бывает, как правило...

Заказчик говорит, чего он хочет, подрядчик записывает, берет деньги и понеслось...

Подрядчик берет на субподряд дизайнера и говорит, что хотел заказчик. Дизайнер вдохневленный идеей, своей музой и возможно различными веществами, открывает фотошоп и вояет свой шедевр.
Когда дизайнера "отпустило", он отдает работу подрядчику и получает свои деньги, что бы затариться веществами для своего следующего заказа...

Подрядчик находит верстальщика и отдает работу ему. Верстальщик берется за работу и через время отдает результат. Результат представляет из себя множество дизайнов, где множество равно числу браузеров умноженное на номер лунного дня. Но деньги оплачены и далее работа отдается программисту...

Программист получает это метаморфическое творение, что при первом взгляде тут же убивает его логическое мышление как яд кураре. В этот момент нужно дать программисту недельку времени, что бы он вышел из запоя после увиденного, либо его выписали из псих лечебницы. Когда программист снова на рабочем месте, он начинает как то пытаться систематизировать все увиденное и думать, как это привести к заявленному функционалу. Очень важно попросить программиста побриться в начале работы, потому как по длине его бороды, можно смело судить о степени готовности проекта. Когда программист закончил, он получает деньги и едет куда-нить править свое здоровье до следующего заказа...

Подрядчик радостный звонит клиенту, что бы показать готовый результат. Ах да, забыл сказать, что звонит через пять сроков, о которых они договаривались, поэтому дальнейшее развитие событий зависит от темперамента заказчика:

1. Он либо готов получить уже хоть что то и ему все равно что...
2. Он рвет и мечет, в лучшем случае бумажки на своем столе, а в худшем - подрядчика

Так или иначе, сайт отдается сеошнику, который находит там кучу недоработок по юзабилити, которые ухудшают поведенческие факторы и были допущены дизайнером, проблемы с версткой, допущенные верстальщиком, косяки и недоработки сделанные программистом. Тем не менее, он как правило берется за работу. Тексты сайта начинают походить на статьи для больных амнезией, не способных запомнить на 2 минуты о чем идет речь и им требуется постоянное напоминание, но сеошник называет это оптимизацией текста. Потом начинается покупка каких-то ссылок в количествах кратном населению Китая, а телефон по прежнему молчит. Все это объясняется философией из разряда "Пока наши корабли бороздят просторы вселенной" поэтому тут заказчики предпочитают особо не вмешиваться, дабы не нарушить ауру своего СЕОшника и карму своего сайта. Тем не менее, пока сео-специалист постигает свой Дзен, в некоторых клиентах просыпается радикально настроенный боевик, готовый вырезать всех и все, что бы телефон таки зазвонил. Тут тоже бывает два варианта: либо сеошник сразу сбежит медитировать в другой храм, либо он попробует создать видимость живости, тем самым лишь оттянув третью мировую со своим заказчиком...

Как то так, если в кратце.
ЗЫ: если Вы и есть заказчик, то можете пропустить абзац с жертвоприношением подрядчика...
opmyukka, one pleasant moment

На злобу дня

Мальчик детсадовского возраста ерзает на лавке в электричке и отчаянно болтает ногами. Все выдает его крайне возбужденное негодование: и сжатые маленькие кулачки, и распахнутые для слез большие глаза, и нетерпеливые короткие реплики, которыми он прерывает свою старшую спутницу.

Молодая женщина, очевидно мама мальчика, с выражением читает ему мрачную сцену из сказки: «Чиполлино, Чиполлино, сынок! — звал, растерянно оглядываясь по сторонам, бедный старик, когда его уводили солдаты…».

— Все, хватит! – негодование мальчика, вероятно, достигло предела.
– Почему же они терпят?!
— Ну, у принца Лимона большая охрана, армия… — мама рассудительно разглаживает страницу.
— Но ведь остальных больше! Их же много! – мальчик в отчаянии ударяет маленьким кулачком по книжке, и она захлопывается.
– Чего ж они?!

Мама, слегка напуганная такой бурной реакцией сына, пытается подобрать успокаивающую реплику, когда мужчина напротив отрывается от своей газеты и, взглянув поверх очков на революционно настроенного мальчика, громко и отчетливо проговаривает:

— Потому что они овощи. Это про овощи сказка...
opmyukka, one pleasant moment

Точка.



Взгляните ещё раз на эту точку. Это здесь. Это наш дом. Это мы. Все, кого вы любите, все, кого вы знаете, все, о ком вы когда-либо слышали, каждый когда-либо существовавший человек прожил свою жизнь на ней. Все наши радости и страдания, тысячи самоуверенных религий, идеологий и экономических доктрин, каждый охотник и собиратель, каждый герой и трус, каждый созидатель и разрушитель цивилизаций, каждый король и крестьянин, каждая влюблённая юная пара, каждая мать и каждый отец, каждый подающий надежды ребёнок, каждый изобретатель и путешественник, каждый духовный учитель, каждый продажный политик, каждая «суперзвезда», каждый «верховный лидер», каждый святой и грешник в истории нашего вида жили здесь — на этой пылинке, зависшей в лучах солнечного света.

Земля — очень маленькая сцена на необъятной космической арене. Вспомните о реках крови, пролитых всеми полководцами и императорами, чтобы, в лучах славы и триумфа, ненадолго стать хозяевами части этой песчинки. Вспомните о бесконечных жестокостях, совершаемых обитателями одного уголка этой точки над едва отличимыми от них обитателями другого уголка. О том, как часты их разногласия, о том, как жаждут они убивать друг друга, о том, как горяча их ненависть.

Наши позёрства, наша воображаемая значимость, иллюзия о нашем привилегированном положении во вселенной пасуют перед этой точкой бледного света. Наша планета — одинокая крупинка в огромной окружающей космической тьме. В нашей безвестности, во всей этой бесконечности, нет и намёка на то, что помощь придёт откуда-то извне, чтобы спасти нас от самих себя.

Земля пока — единственный известный мир, ютящий жизнь. Нашему виду больше некуда переселяться — по крайней мере, в ближайшем будущем. Побывать — да. Поселиться — ещё нет. Нравится вам это или нет, на данный момент Земля — наш дом.

Кто-то сказал, что астрономия прививает смирение и воспитывает характер. Наверное, нет лучшего доказательства глупости человеческого тщеславия, чем этот далёкий образ нашего крошечного мира. Для меня, он подчёркивает нашу обязанность быть добрее друг с другом, беречь и лелеять бледно-голубую точку — единственный дом, который мы когда-либо знали.
opmyukka, one pleasant moment

люди

Люди бывают хорошие,
а бывают, которые нравятся.
Бывает, что всеми брошены,
и по подвалам ставятся.

Люди бывают сильные,
и при этом очень слабые где-то.
А бывает, что люди зимние,
но рожденные случайно летом.

Переполняясь чувствами
взрываются вечерами.
А бывает, что люди грустные,
и всё ищут кого-то глазами.

Выражая весь мир числами,
а счастье химической формулой.
Люди бывают зависимы.
И часто бывают сломлены

Навсегда из памяти стёртые,
и всеми вокруг забытые.
Люди бывают мертвые,
и бывают людьми убитые.

Каждый хочет достичь невозможного,
заражаясь мечтами больными.
Люди бывают сложными,
и никогда - простыми!
opmyukka, one pleasant moment

Вы счастливы



Если сегодня с утра Вы проснулись здоровым, Вы счастливее, чем 1 миллион человек, которые не доживут до следующей недели.

Если Вы никогда не пережили войну, одиночество тюремного заключения, агонии пыток или голод,

Вы счастливее, чем 500 миллионов человек в этом мире.

Если Вы можете пойти в церковь без страха и угрозы заключения или смерти, Вы счастливее, чем 3 миллиарда человек в этом мире.

Если в Вашем холодильнике есть еда, Вы одеты и обуты, у Вас есть крыша над головой и постель, Вы богаче, чем 75% людей в этом мире.

Если у Вас есть счет в банке, деньги в кошельке и немного мелочи в копилке, Вы принадлежите к 8% обеспеченных людей в этом мире.

Если Вы читаете это, Вы не принадлежите к тем 2 миллиардам людей, которые не умеют читать

opmyukka, one pleasant moment

15 июля Возвращение прекрасной эпохи

Пока предприятия и заводы закрываются, превращаясь
в репетиционные точки и студии звукозаписи, а каждый школьник,
насмотревшись околомузыкальных телеканалов и клипов западных
исполнителей, считает своим долгом взять в руки купленную мамой гитару,
создать свою группу и практически сразу же выйти на сцену одного из тех
клубов, которые позволяют любому показать на что он способен, культура
потребления и качество исполнения резко падают.
Каждый юнец теперь считает себя продюссером и промоутером и с радостью организовывает вечеринки на которых
"выступают" банды, вызывающие у слушателя рак ушей.
Так называемая андерграундная Петербургская сцена теперь просто кишит
коллективами,
которые с трудом можно назвать музыкальными. К счастью для наших ушей
многие из них прекращают своё существование через год после основания.

Фестиваль
"Возвращение прекрасной эпохи" ставит своей целью вернуть питерской
сцене и слушателям вкус к качественной интересной и незаурядной
музыке.
Поднять уровень культуры потребления музыкальной информации. Вниманию
слушателей будут представлены как молодые коллективы,
так и ветераны электронной и рок сцены,
которые делают музыку не потому что это модно, а потому что это их призвание.
В диджей баре клуба будет звучать
качественный винил от мастеров своего дела. Приглашаем вас провести эту ночь
с пользой для своих ушей мозгов и тела.

15 июля. клуб МОД. 20.00 - 06.00

Последние Танки В Париже
One Pleasant Moment

http://vkontakte.ru/note2526493_11188434
opmyukka, one pleasant moment

радио "Радонеж"

"Можно ли слушать радио «Радонеж» через Ipod? Не повредит ли это душеспасительным беседам?

—Действительно, многие наши слушатели обращают внимание, что Ipod —сатанинское устройство.
Во-первых, логотип надкушенного яблока — что,несомненно, символизирует запретный плод. Стив Джобс как бы говорит нам «через мои устройства вы грехопадете!».
Во-вторых, само название Ipod — очевидно, названо именем правителя Ирода, который устроил избиение младенцев,
тысячи их, усек главу Иоанну Крестителю и, возможно, был евреем. Поэтому православнее слушать радио «Радонеж» через аппаратуру Philips, названую, как известно, в честь митрополита московского святителя Филиппа."